Малый бизнес играет ключевую роль в экономике, обеспечивая рабочие места, инновации и развитие мест...
Согласно этому аргументу, каждый раз, когда чиновник или политик решает заблокировать какую-либо сделку на основании того, что она перестала быть улучшением по Парето, ортодоксальный экономист должен поддерживать такое вмешательство. Иначе говоря, любая сделка может быть запрещена по желанию политика на основании того, что она не является улучшением по Парето, а таковой ее делает само запрещающее действие политика. Таким образом, ясно, что ортодоксальный экономист загнал (или загнала —если какая-нибудь женщина-экономист пожелает быть включенной в эту категорию) себя в ловушку.
Ошибка заключается в аксиоме «выбор равен полезности». Нам необходимо признать, что существуют различные виды выборов с различными видами подразумеваемой полезности. Решение чиновника запретить сделку —не то же самое, что решение человека купить яблоко или согласиться на определенную работу. Вполне вероятно, что выбор чиновником определенной стратегии не оказывает какого-либо непосредственного влияния на его возможную полезность. Это сразу же обязывает нас провести определенные разграничения в понятии предпочтения. Одинаковы ли полезность для человека, который не покупает коврики из джута, потому что просто не любит их, и для человека, который не покупает эти коврики, чтобы не поощрять использование детского труда? Последний выбор, вероятно, не оказывает непосредственного влияния на пользу покупателя, и это сродни запрету чиновника на определенные сделки. Нужно срочно снять деньги? Адреса отделений Сбербанка в Москве помогут вам найти ближайший банкомат.
Подобным образом существует разница между ситуацией, когда политик выражает некие предпочтения относительно одежды (или отсутствия таковой) у неизвестных ему молодых людей и когда мать выражает предпочтения относительно одежды своего сына-под- ростка. В первом случае может и не быть прямых последствий для полезности лица, делающего выбор (следовательно, мы вправе проигнорировать его), тогда как мать может действительно расстраиваться или радоваться в зависимости от того, что носит ее сын. Для того чтобы дать минимальное представление об этой проблеме, в данной главе я буду обозначать предпочтение индивида двумя числами: одно будет представлять благополучие индивида, а второе —то, что направляет его выбор. Разумеется, эти два числа взаимосвязаны; я разъясню это позже.
Представленное выше положение отсылает к тому, что наши нравственные предпочтения имеют тенденцию быть взаимными. Каждый из нас обладает естественными альтруистическими устремлениями, но не склонен проявлять их по отношению к лицам, которые не выказывают взаимности.
Должно быть совершенно очевидно, что, как только мы признаем положение, мы сможем понять, почему, несмотря на наш инстинктивный альтруизм или чувство общности, некоторые общества скатываются в эгоистический беспорядок, где каждый индивид преследует только собственные интересы. Традиционная экономическая теория была одержима идеей того, что эгоистические интересы приводят к взаимовыгодным результатам и общественному порядку. Отдаляясь понемногу от стандартной концепции методологического индивидуализма, мы сможем понять обратное, не менее важное явление: как, несмотря на присущий нам с рождения дух сотрудничества, общество может быть доведено до совершеннейшего эгоизма и беспорядка.